Y-rays
It was night in the lonesome October || of my most immemorial year
Вот этот. Варианты ответов меня не то, чтобы раздражали, но были как-то не слишком верны. А вот вопросы мне понравились.

один. Вопрос первый. Представьте себе море. Какое оно?
Не спокойное и не бурное. Ветер силён и редко утихает, но вода кажется тяжёлой, словно ртуть. Она тёплая, эта вода. Теплее воздуха. Если в неё вступить, она обнимет со всех сторон. Если на неё наступить, она выдержит твой вес. По её поверхности скользят прозрачные скаты, и блики тонут в ряби на их спинах. Солнцем они питаются, ночью они живут.
Я не знаю, можно ли утонуть в этом море.

два. Второй вопрос. Декорации сменились. Теперь мы представляем дорогу.
У дороги много ипостасей, но всякий раз она пуста. И всякий раз, когда я иду, я смотрю на неё саму, а не куда она ведёт. Передвигаюсь я, как правило, пешком. Иногда — когда дорога обозначена рельсами — я могу какое-то время проехать в поезде/на метро, на асфальтовой же, соответственно — в машине/автобусе. Но часть дороги я обязательно пройду своими ногами. Может быть, даже босиком. По каждой дороге можно идти бесконечно.
Любимых "дорог" у меня четыре. Первая — солнечная, когда смотришь вперёд и видишь пыльную дымку, и всё вокруг тонет в светлом мареве. Под ногами — асфальт или утоптанная земля, тёплая, почти горячая. К дороге приятно прикасаться. По обочине — выгоревшая трава и выбеленное высокое небо, или городские кварталы, засыпающие в потоках света, или руины города, который заснул давным-давно. Время перевалило за полдень, время — лето.
Вторая — серая. На ней холодно стоять, на ней легче никого не ждать. Ходьба согревает, бег лёгок, цель неизвестна, но определена. Пыль не держит следов, но может многое рассказать — по секрету. Такая дорога устлана листьями и хвоей, если ведёт через лес, на ней блестит битое стекло и темнеют осколки кирпичей, если кругом заброшенные заводы. От неё отгораживаются бетонными стенами с колючей проволокой по верху. И её всегда чуть-чуть затягивает туман, и она всегда сумеречна. Какая бы темень ни стояла вокруг, на ней достаточно света, чтобы идти. По её обочинам никогда нет фонарей, в небе над ней едва ли есть звёзды. Время — осень или весна, и никогда не понятно, замерзает всё или тает.
Третья — ночная. Она состоит из далёких огней, бликов и миражей. Она идёт через город, ведёт к городу, сбегает из города. Ночная трасса с чёрными тенями по бокам, со зданиями, подсвеченными, будто ёлочные игрушки, со звёздами над головой. Если идёт дождь, то струи, капли, мельчайший пар его преломляет городскую иллюминацию в свою. Если снег, то он мерцает микроскопической радугой. Небо меняет оттенки от зелёного до красного. Предрассветные сумерки так же красивы, как и сама ночь. Эта дорога просматривается до ближайшего поворота и чуть дальше. Время бежит, словно сорвавшись с цепи.
Четвёртая — лунная. Это гонка, ноги легки и быстры, по траве, через ограды и стены, ручьи, речки, сандалии намокли и хлюпают, заросли кустарника разбегаются, когда я к ним приближаюсь, цель видна, она всегда передо мной. Я догоняю луну. Декорации меняются каждый раз, и днём я вижу по кусочкам чьи-то посторонние жизни, а ночи никогда не хватает. На самом деле, мне просто ещё не хватает скорости. Каждую ночь я чуть-чуть ближе к луне. Каждую ночь я чуть-чуть не успеваю её коснуться. Она закатывается за горизонт, а я падаю в серебристое разнотравье, смотрю, как теряют видимость утренние звёзды, и засыпаю незаметно для себя. Утешительный приз проигравшему — смотреть через чужие глаза, как мутнеют мои собственные, когда мою отрезанную голову опускают в искристо-синюю всепожирающую воду. Это не страшный сон, нет, просто луна ближе, чем когда бы то ни было, сочленения и трубы корабля полупрозрачны и подсвечены изнутри, и система управления до сих пор отвечает каждой моей гаснущей мысли. Меня разбудит солнце в глаза, и люди до заката будут принимать меня как кого-то давно знакомого, каждый день — нового. А после заката я продолжу бег. Времени не существует.

три. Тем временем наступает утро. Вы — в лесу. Какой он?
Старый лес. Лёгкий туман стелется понизу, воздух прозрачен и влажен. Деревья стремятся вверх. Какие-то свалило, и они лежат непроходимой кручей, часть их уже заросла тёмной подлесковой зеленью. Под ней густым ковром лежит мох. Лес полон звуков и комаров.

четыре. Дальше у нас по программе — водоем. Все в том же лесу. Что это за водоем?
Озеро. Средних размеров. Берега где обрывисты, где покаты, и прибрежные сосны мочат в нём свои корни. Вода ровна как стекло, у какого-то из берегов растут кувшинки и скачут водомерки. Если решиться пройти по воде до середины, я смогу заметить солнечные часы, неловко поставленные набок, завязшие и полуутопленные. На них видны либо первые шесть делений, либо последние семь, в зависимости от того, по какую сторону сна я нахожусь.

пять. Под этим номером у нас зверь. Вышел из лесу — и... И что? И что вы?
Зверь — крупный хищник, чаще всего волк. На с ним нечего делить.

шесть. Идет ли зверь следом за вами?
Скорее всего нет. Разве что он пришёл ко мне лично.

семь. Дальше мы продолжаем путь по лесу. И видим заброшеный дом. Какой он? Заходим внутрь? Что там?
Покосившийся и давно забытый. Облицовка на стенах сохранилась только местами, в остальных же местах видны цемент и волокна. Крыша проросла мхом и травой. От одной из стен почти ничего не осталось, и ближайшая к ней комната просматривается ещё снаружи. Через брешь зайти проще, чем через предполагаемый вход. Внутри пусто, уходившие оставили минимум хлама. В дверных проёмах нет дверей. Комнаты, над которыми сохранилась крыша, занавешены паутиной и пылью.

восемь. Тем временем наступает день. Мы выходим из леса в степь. Видим большой камень. На нем — сосуд. Какой?
Большая чаша. Каменная или глиняная, уже не разобрать. Заросла мхом, под которым едва угадывается узор лепнины, но

девять. Заглядываем внутрь. Что там?
вода в в ней чиста и прозрачна, насквозь пронизана солнцем. Её не станет меньше, если отпить, она не станет грязнее, если омыть в ней руки.

десять. Теперь мы подходим к дому. Жилому, судя по виду. Вы подходите, стучите. Вам открывают? Кто?
Как правило, пожилой человек, старик или старушка — когда как. Благообразный ли, чопорный, ворчливый, безразличный и разваливающийся на ходу, — они впускают меня в дом и хотели бы не отпускать.

одиннадцать. Вы отправились дальше, шли до вечера через степь. Ночь. Вы в лесу. Какой он? Да, вы не устали, кстати?
Всё тот же старый лес. Спать я предпочту на том дереве, что пораскидистей.

двенадцать. Впереди — стена.
Бетонный забор с колючей проволокой поверху. Знаем, лазали.
Или стеклянная, без конца и края, во всех направлениях.

тринадцать. Подумайте, что за стеной. Если вы за нее заглянули — то что там увидели? Если нет, то как вы думаете, что там может быть?
"Солнечная" дорога.

Итак, что мы имеем?.. Вы — Хотите все и сразу!
Вы обожаете жизнь, и она отвечает вам взаимностью. Причем, нравится вам не только комфорт и домашний уют. Вы знаете, как это восхитительно: вернуться из позднеосеннего, мокрого леса, продрогнув до костей, устав, но жмурясь от счастья, забраться в горячую ванну... Вы обожаете минуты затишья в перерывах между вашими увлечениями — порой экстремальными. И не меньше вы обожаете сам экстрим. Да, со страховкой, с надежными тылами. Вы не рискуете без причины и не любите азартных игр, где ничего не зависит лично от вас. Вам нравится испытывать себя, однако вы всегда оставите себе пути отступления. Ваша жизнь — не война за первое место, не попытка доказать свое превосходство. Вы просто живете, любите жизнь — какой бы он ани была. Вы не бежите от трудностей, но и не нарываетесь на проблемы. Вам незачем постоянно доказывать свою "крутость". Вы и так знаете: вы — личность. А разве нужно что-то еще человеку, который наслаждается своей жизнью? У вас достаточно силы. Вы и сами об этом знаете. У вас есть и множество приятелей, с которыми приятно позубоскалить (с чувством юмора у вас тоже отлично), но есть и близкие друзья, с которыми приятно просто помолчать. Иногда мир мрачнеет, и вы соглашаетесь погрустить вместе с ним. Это вовсе не депрессия. Просто грусть — как и все остальные чувства — такая же равноправная часть жизни. В отличие от зависти, ревности, презрения... Вам не о чем спорить с миром. Вы знаете, что вам нужно, и добьетесь этого. И вы достаточно сильны, чтобы вам не пришлось поступаться при этом принципами и убеждениями. Зачем спорить? Жизни хватит на всех! Вы хотите попробовать все! И обычно вам это удается — откуда только время берете! Вам можно позавидовать: комплексов у вас нет, как нет и "скелетов в шкафу". Вы не прочь иногда порыться в себе. Впрочем, вы давно и неплохо себя знаете. И принимаете свою личность, как есть, не отказываясь, впрочем, совершенствоваться. Просто отрицать какую-то часть себя вы не станете, понимая, что человек — есть целое. Если нужно что-то менять, то придется менять все. Чем вы и занимаетесь всю сознательную жизнь. Вам хочется жить с удовольствием — потому вы и устраиваете себя, как вам приятнее. Вашим близким повезло, что вам приятнее жить высокоморальным человеком. И, что еще особенно приятно, сил у вас хватит на долгую и полнокровную жизнь. Вы не собираетесь проводить старость в скуке и брюзжании — вот еще! Ведь так много интересного в жизни! И все это нужно успеть! А тринадцатый вопрос... Что вы увидели за стеной? Стена — это смерть. Напишите, если не жалко, в комментарии, что там... Удачи!
Пройти тест

@музыка: Diorama -- "Home to Millions"

@темы: debug log, iMe